Лиза никогда не относилась к тем, кому жизнь раздаёт подарки просто так — её словно проверяли на прочность, шаг за шагом, будто кто-то наверху решил убедиться, выдержит ли она новый поворот судьбы. Сначала — поступление в престижный вуз, где важнее не знания, а марка машины, на которой ты приезжаешь.

Лера Фролова — женщина, закалённая простыми, но тяжёлыми буднями: руль, бесконечные городские маршруты, пассажиры со своими маленькими драмами и великими претензиями к миру. Р

Юля строила свою маленькую мечту кирпичик за кирпичиком: уютный зоомагазин, открытый вместе с любимым человеком, должен был стать не просто бизнесом, а фундаментом их общего будущего. Но мечты имеют свойство рушиться. В один день её возлюбленный просто испарился, как утренний туман, оставив после себя не только разбитое сердце, но и токсичный след из долгов, погасить которые удалось лишь продав их общее детище.

Когда Лиля стояла на пороге квартиры Андрея, её пальцы впивались в ремень сумки так, будто это был последний спасательный круг. За спиной — два года, проведённых в университетском общежитии с учебниками вместо друзей, и одна ночь, когда мама и отчим погибли под колесами грузовика, оставив её с шестнадцатилетним Сёмой и девятилетней Машей, чьи глаза горели вопросом: «Что теперь?

Лиза с детства жила с ощущением, будто она идёт против течения. После смерти матери мир стал для неё жестоким — школьные насмешки, косые взгляды соседей, бесконечные разговоры о том, что «такая, как она», в жизни ничего не добьётся. И всё же где-то внутри горел упрямый огонёк надежды.

Для Елены материнство всегда казалось высшей точкой женского предназначения — тем самым смыслом, ради которого стоило терпеть трудности, сомнения и боль. Когда она узнала, что беременна, мир будто вспыхнул заново — каждый день имел вкус ожидания и радости.

Порой жизнь закручивает такие сюжеты, что любой сценарист позавидует, и история Ильи — яркое тому подтверждение, ведь что может быть трагичнее человека, который потерял всё из-за чужой подлости и собственной наивности. Восемь лет в камере — это не просто цифра в приговоре, это почти три тысячи дней, когда ты просыпаешься с одной и той же мыслью: твоя жена умерла, пока ты сидел за преступление

Жизнь медсестры Надежды всегда текла по понятным, стерильным правилам, пока в ней не проснулось нечто древнее и иррациональное — дар целительства, доставшийся от покойной бабки-ведуньи. Эта «способность», однако, стала не благословением, а бомбой замедленного действия, заложенной прямо под фундамент её брака.

Марина всегда относилась к той редкой категории людей, которые умудряются держаться на плаву даже тогда, когда жизнь превращается в бурлящий океан, а каждая новая волна обрушивается внезапно и без предупреждения.

Катя Рыбкина когда-то умела петь так, будто через её голос проходил весь мир — от тихого шороха дождя до раскалённого летнего ветра. Её карьера складывалась стремительно, и, казалось, жизнь под управлением мужа и наставника Вадима обещала только успех.